Он снял футляр у старой стены, Как будто снял с себя день. В зале — лица, но каждый один, Каждый пришёл за своим.
Он не спросит, кто ты и где, И сколько в тебе вина. Если слышишь — значит, живёшь, Если нет — тишина.
Музыкант не обещает, Не спасает, не ведёт. Он играет, потому что Иначе просто не живёт.
О добре и зле — без слов, О любви — без имён. Если что-то дрогнуло внутри — Значит, ты ещё не сломлён.
Он прошёл через «надо» и «потом», Через пыль и чужой успех. Много раз хотел уйти, Но всегда возвращал звук.
Пальцы в правде и мозолях, Горло — в сухом огне. Музыка — не для сцены, Музыка — это «мне».
Музыкант не обещает, Не спасает, не ведёт. Он играет, потому что Иначе просто не живёт.
О потерях — без нытья, О любви — без витрин. Если ты ещё умеешь слышать — Значит, ты не один.
Он уйдёт, не прощаясь — Так всегда и бывает. Музыка не принадлежит тем, Кто её играет.
Музыкант не ждёт аплодисментов, Не считает чужой успех. Он оставит звук в этом месте И уйдёт тише, чем смех.
И пока хоть кто-то слышит, Пока не глохнет мотив — Музыкант остаётся здесь, Потому что он жив.